Автор: Рома Назаров
Hugh Broughton Architects
Всего в Антарктиде работают около 70 постоянных исследовательских станций. Британский архитектор Хью Бротон и его команда инженеров работала над большим числом проектов этих сооружений, чем кто-либо другой. Они создали научные базы для Великобритании и Испании, им поручили модернизацию станций Австралии и Новой Зеландии. Бюро Бротона в свое время нанял Национальный научный фонд США, чтобы разработать проект исследовательской станции для Гренландии.
Последний проект Бротона стал самым крупным — база Discovery площадью 12 000 кв. м на исследовательской станции Ротера. Двухэтажный комплекс вмещает мастерские, медицинские учреждения и зоны подготовки полевых экспедиций, а также диспетчерскую вышку для воздушного и морского сообщения.
British Antarctic Survey
Случайность в карьере
Его необычная специализация — удел случая. Однажды в 2004 году он услышал по радио объявление о конкурсе на проектирование исследовательской станции на шельфовом леднике Бранта. Он решил попробовать — и получил подряд на проект антарктической исследовательской станции Halley VI.
Сам Бротон не считает себя великим человеком, ибо весь «рынок» архитектурных проектов в Антарктике ведут всего три или четыре дизайнерские фирмы, объяснил он в недавнем интервью для CNN. Все они — одна компания специалистов, постоянно обменивающихся идеями. Конкуренции здесь до сих пор не чувствовалось, хотя сейчас это спокойное существование уходит в прошлое.
Дизайн для другого мира
Применяемые архитекторами решения по большей части — чистая прагматика, продиктованная условиями жизни в экстремальном климате: закругленные углы корпусов, яркие цвета, капсулообразные формы.
Однако Бротон признался, что кое-что делал под влиянием научной фантастики. Его сотрудники проводили время, рассматривая кадры из «Звездных войн» и других космических экшнов. Интерьеры, скорее, делаются в классическом стиле.
Антарктические станции часто строятся на гидравлических опорах, поставленных на лыжи. Это позволяет поднимать их по мере роста сугробов, и перетаскивать на новое место, когда дрейф ледников относит их слишком близко к океану. Тот же ледник Бранта сейчас ползет со скоростью около 4 метров в день, и если оставить все как есть, станция рано или поздно окажется на айсберге.
Станция Halley VI
British Antarctic Survey
От инженеров к дизайнерам
Проектирование антарктических станций исторически определялось инженерами, делавшими акцент на исполнении научных задач. Изъян такого подхода осознали много лет спустя: неудобные безликие интерьеры быстро вызывали у обитателей психическое выгорание. Чтобы комфортно жить в условиях крайней изоляции от полугода до 2 лет — типичные сроки антарктических миссий, — нужны специалисты, понимающие в уюте.
Нынешние дизайнеры прорабатывают баланс личных и общественных помещений, чтобы уживаться с другими было просто. Они учитывают теорию цвета, освещения и психологические свойства различных материалов, включая запах. Аромат ливанского кедра, например, показал способность смягчать эффект сенсорной депривации в белом безмолвии Антарктики.
Размер и расположение окон — вопрос жесткого компромисса: стены лучше держат тепло, но стекло все равно нужно, чтобы получать естественный свет. На Discovery световые люки имеют тройное остекление с заполнением пространства между стеклами аэрогелем — прозрачным вспененным материалом из космической программы NASA.
За два десятилетия, пока он работает, технологии сильно изменились. Теперь полярные сооружения практически полностью сами снабжают себя энергией и имеют замкнутые системы водоснабжения. Стены сейчас делают из сэндвича со стеклопластиковыми панелями.
SpaceArchitects.org
Животные за и против людей
Антарктическая фауна — отдельная головная боль. Впервые Бротон столкнулся с ней на испанской базе Juan Carlos 1: морские котики ложились на теплые топливопроводы, загораживали двери.
Еще больше проблем доставляли морские слоны, настолько массивные, что их не оттащишь просто так в сторону. К тому же, они плохо видят и, при своей огромной массе, могут сослепу разбить фасад. Проблему решили, защитив стены импровизированной «броней» из листов фанеры.
Парадокс в том, что порой животных приходится защищать от зданий. Морские биологи просят дизайнеров раскрашивать здания в яркие цвета, чтобы морские птицы, такие как буревестники, не могли случайно столкнуться с белыми или серыми стенами, сливающимися с горизонтом. Но красный цвет использовать было нельзя: он дезориентирует пингвинов, чьи глаза его не воспринимают.
База Juan Carlos I
SpaceArchitects.org
Аэродинамика против снега
Другая непростая задача — борьба со снежными заносами. Неправильный расчет может привести к тому, что антарктическая база будет засыпана снегом целиком за одну зиму. Здания стараются ориентировать самой короткой стеной к преобладающему направлению ветра. В случае Discovery это было невозможно, поэтому Бротон спроектировал наклонную крышу с огромными «жабрами» с обратной стороны, которые отклоняют поток воздуха вниз, выдувая снег. Форма карнизов рассчитана уменьшать завихрения воздуха.
ArchDaily
Будущее полярного дизайна
Люди наивно думают, что у дизайнеров полный карт-бланш. Ничего не может быть дальше от реальности: все антарктические дизайн-проекты должны быть одобрены на ежегодном совещании стран-участниц Договора об Антарктике, рассказал он.
Сейчас в Антарктиде уже сложился определенный архитектурный язык, считает он. Но работать становится сложнее. По мере потепления Земли, все больше стран хотят получить свою долю материка. Нарастает напряжение, и это может помешать архитекторам и дальше мирно сотрудничать. Тем не менее любой новый игрок, пришедший сюда, наверняка будет опираться на наследие нынешней когорты архитекторов.
Источник: TechInsider
