Социальное измерение нанотехнологий

Опубликовано 03.07.2014
  |   просмотров - 3383,   комментариев - 1
Социальное измерение нанотехнологий

Борис Григорьевич Юдин

член-корреспондент РАН, доктор философских наук, руководитель Центра биоэтики Института гуманитарных исследований Московского гуманитарного университета, зав. отделом комплексных проблем изучения человека Института философии РАН, академик Международной академии наук (IAS), представитель России в руководящем комитете по биоэтике Совета Европы


Проблему развития нанотехнологий в формате социального проекта можно охарактеризовать как формирование (на примере нанотехнологий) социально благоприятной среды инновационного развития. Дело в том, что, как представляется, сегодня участники нанотехнологических разработок недостаточно учитывают многообразие реакций общества на ближайшие и отдаленные перспективы практического применения нанопроцессов и нанопродуктов. В связи с этим, управление инновационными проектами в современных условиях должно предусматривать комплексный, не только экономический и научно-технический, но и социально-гуманитарный анализ. Направленность последнего – выявление того, в какой мере результаты инновационных научно-технических проектов соответствуют (или не соответствуют) интересам различных социальных групп, которые, так или иначе, затрагиваются как непосредственно самой разработкой данного проекта, так и последствиями его практической реализации.

Имеется в виду, во-первых, изучение социальной среды инновационного развития, т.е. того, насколько информированы различные социальные группы относительно возможностей и рисков, связанных с нанотехнологиями, и как они воспринимают развитие и применение нанопроцессов и нанопродуктов. Во-вторых, речь идет и о чем-то большем, а именно, о междисциплинарном исследовании условий формирования социально благоприятной среды инновационного развития. При этом область нанотехнологий выступает в качестве характерного примера.

Такое исследование предполагает построение типологии разнообразных социальных «игроков». Речь идет о выявлении их типичных позиций, реальных ожиданий, интересов, мотивов, каналов взаимодействия между ними. Наряду с этим в рамках проекта предполагается проведение пилотных междисциплинарных экспертиз социального и гуманитарного эффекта практического применения конкретных нанотехнологий.

Проект социального измерения нанотехнологий направлен на поиск новых механизмов и новых социальных технологий более интенсивного взаимодействия науки и общества, которое не ограничивалось бы только просветительством и пропагандой. Предполагается также эмпирическое исследование, имеющее в виду изучение двух полярных тенденций – безграничного оптимизма и безмерного алармизма, характерных для различных групп «игроков».

В целом реализация проекта предполагает решение таких задач, как:

- исследование реальных ожиданий различных групп населения, связанных с комплексными разработками нанотехнологий, а также выявление и анализ устойчивых мифов и стереотипов, способствующих либо препятствующих их внедрению;

- экспертиза социального и гуманитарного эффекта от их широкого практического применения;

- выявление участников и конфликтов их интересов в цикле разработка-внедрение-потребление нанопродукции, включая анализ влияния формальных и неформальных участников этого цикла на формирование отношения потенциальных потребителей к нанотехнологиям;

- описание «игрового поля», т.е. интересов, мотиваций, возможностей (ресурсов) различных игроков и того, как они реально взаимодействуют и как могут взаимодействовать;

- поиски новых механизмов и новых социальных технологий более интенсивного взаимодействия науки и общества, которое не сводилось бы только к просветительству и пропаганде научно-технических достижений;

- оценка международного опыта развития нанотехнологий и современных этических концепций нанотехнологий в контексте отечественного развития нанотехнологий;

- оценка уровня новизны нанотехнологий в контексте развития прикладных направлений естественных наук;

- изучение позитивных и негативных установок обыденного сознания на восприятие и оценку новизны нанотехнологий в условиях смены парадигмы распространения научных знаний и внедрения результатов научных исследований.

Как известно, современные технологии самыми разными способами влияют на человека и общество. Формы и механизмы этого влияния уже давно стали объектом самого тщательного изучения. Несравненно меньше внимания уделяется обратным процессам – влиянию социальных отношений, интересов и т.п. на разработку новых технологий, в том числе и нанотехнологий, на выбор конкретных сфер и направлений исследования. Общество при этом необходимо рассматривать не как нечто единое и аморфное, а как систему, включающую различные социальные слои, группы интересов и т.п.

В частности, применительно к развитию нанотехнологий можно выделить такие группы (таких игроков), как научное-технологическое сообщество, правительственные структуры, бизнес, СМИ, те или иные группы интересов (экологи, например). Среди этих игроков целесообразно различать «первичных» (имеющих существенные возможности воздействия) и «вторичных» (ограниченных в таких возможностях). Во многих отечественных и зарубежных исследованиях отмечается, что реакция общества на нанотехнологические нововведения может быть весьма противоречивой, выражением чего являются разного рода конфликты между сторонниками и противниками применения тех или иных технологий.

При слабой развитости гражданского общества в России, тем не менее, группы, по-разному относящиеся к развитию нанотехнологий, могут самоорганизовываться в сообщества, которые оказывают влияние и на общественное мнение, и на разработчиков инновационных технологий. Показательными в этом отношении являются такие примеры, как разворачивавшаяся в течение ряда лет ситуация вокруг Химкинского леса или резонансная активность сообщества автомобилистов.

Вообще говоря, развернувшиеся в нашей стране летом и осенью 2013 года события вокруг закона о реформе Российской академии наук отчетливо показали, что существующие сегодня взаимоотношения между наукой, научным сообществом, с одной стороны, и обществом в целом, с другой, к сожалению, весьма далеки от идеальных. Идущая еще с советских времен традиция, в соответствии с которой лидеры научного сообщества, отстаивая его интересы, привычно апеллировали не к обществу, а к властям, в нынешней ситуации оказалась не особенно эффективной и продуктивной. Сегодня позитивная реакция общества на все то, что исходит от науки, увы, уже не является автоматической. И, как можно было убедиться в ходе развернувшихся вокруг реформы РАН событий, в целом общество отнеслось к грядущему разгрому Академии наук достаточно прохладно, а порой и не без злорадства.

Нельзя не согласиться с новым президентом РАН академиком Владимиром Фортовым, который в своей предвыборной программе уделил особое внимание необходимости интенсивного взаимодействия академического сообщества с обществом в целом. Но, как оказалось, применительно к данному случаю эта инициатива запоздала. Вообще же уровень понимания жизненной, с точки зрения научного сообщества, необходимости налаживания систематических и устойчивых контактов с обществом на сегодня у нас явно недостаточен.

Одной из ключевых проблем развития нанотехнологий является неопределенность рисков, связанных с использованием наночастиц, что влечет повышенную степень ответственности ученых перед обществом. Более того, определенная доля ответственности ложится и на само общество, которое в идеале должно сознательно принимать возможные риски развития технологий на наноуровне. Существуют две, во многом противоположных, установки в отношении развития и применения нанотехнологий. Одна из них, ее называют проактивной, исходит из примата позитивных возможностей новых технологий и того, что порождаемые ими проблемы надо решать по мере их обнаружения. Другая установка – ретроактивная, она опирается на принцип предосторожности, в соответствии с которым прежде, чем начинать использование той или иной новой технологии, необходимо убедиться в ее безопасности. Во многом выбор той или другой установки диктуется отношением общества к инновациям.

Нанотехнологии сегодня – это обширная сфера исследований и разработок самой разнообразной направленности. Естественно, каждая из них базируется на определенной совокупности научных и технических знаний, но в наше время все они воспринимаются не только как то, что происходит в научных лабораториях и конструкторских бюро, но и как то, что затрагивает или в близком будущем затронет и рядового человека, и общество в целом. То, как воспринимаются сегодня нанотехнологии не только в научном сообществе, но и в обществе - это пример, который позволяет увидеть многие из характерных особенностей жизни науки в современном обществе.

Несколько лет назад в Европейском сообществе специалисты, занимающиеся проблемами научной политики, пришли к выводу о необходимости вместо привычного выражения «наука и общество» использовать другое выражение - «наука в обществе». За этим обновленным словесным оборотом кроется осознание того, что сегодня взаимоотношения между наукой и обществом становятся намного более тесными, чем когда бы то ни было в прошлом.

Говоря о нанотехнологиях, как о социальном проекте, имеется в виду, что общество начинает все более активно участвовать в формировании повестки дня для исследователей и разработчиков. Есть нанотехнологии, которые открывают очень широкий спектр возможностей, и есть общество, которое вовлекается, причем все более серьезно, в выбор тех или иных направлений из этого спектра. Пока что мы можем зафиксировать, да и то если будем достаточно внимательно всматриваться, специально фокусировать свое зрение, лишь первые шаги в этом направлении. Но такого рода сдвиги, пусть кому-то они и кажутся малосущественными, уже приводят к серьезному усилению воздействия общества, отдельных социальных групп и общественных движений на направления и приоритеты исследований и разработок. Привычная для всех нас картина, когда то, что делают ученые, определяется в игре интересов научного сообщества, властей и бизнеса, а на долю общества остается лишь роль пассивного восприемника научно-технологических новшеств, понемногу размывается, теряет свою четкость.

Более того, нередко предпринимаются специальные усилия не только для выявления позиции тех или иных социальных групп в отношении научно-технических новшеств, но и для того, чтобы побудить население более активно участвовать в тех социальных взаимодействиях и процессах, которые сопровождают создание, а затем и применение новейших технологий. В этой связи следует обратить внимание на следующее обстоятельство: когда сегодня обсуждают проблематику «Нанотехнологии в обществе», часто проводят сопоставление двух разных моделей взаимоотношений науки, порождаемых ею научно-технологических разработок и общества.

Первая модель - классическая. В литературе ее принято называть дефицитной моделью. Она исходит из той, вроде бы самоочевидной, посылки, что есть ученые и технологи, которые занимаются научно-исследовательскими разработками, а есть малограмотная публика или общество, которые чаще всего ничего в этом не понимают. Задачей научного сообщества во взаимоотношениях, строящихся на основе этой модели, является восполнение имеющегося в обществе дефицита знаний относительно этих технологий, т.е. по сути дела – просвещение публики. Оно призвано способствовать осознанию рядовыми людьми преимуществ, порождаемых этими технологиями, а значит, и общественной поддержке их разработки и применения. В соответствии с дефицитной моделью, именно невежество рядовых обывателей вызывает у них опасения по поводу последствий применения новейших научно-технических достижений, и именно просветительская деятельность научного сообщества призвана побороть эти тенденции негативизма.

Однако за последние десятилетия у рядовых обывателей было немало возможностей на собственном опыте убедиться в том, что технологические достижения, которыми ученые хотят облагодетельствовать общество, далеко не всегда бывают безвредными и вполне могут быть сопряжены с негативными последствиями, подчас весьма серьезными. Сомнения и опасения по поводу того, что несет с собой развитие новых технологий человеку и обществу, получают в обществе все более широкое распространение. Сказанное в полной мере относится и к восприятию обществом нанотехнологий.

В этих условиях начинает обсуждаться необходимость смены дефицитной модели на новую модель, которая исходила бы из того, что общество вовлечено в этот процесс развития нанотехнологий, является его активным соучастником, так что сам этот процесс начинает выступать в качестве своего рода социального проекта. Коль скоро речь идет о нанотехнологиях, ясно, что имеется в виду не просто получение новых знаний, которые будут оседать в фондах науки. Напротив, это знания, которые будут овеществляться, опредмечиваться в новых технологиях, будут так или иначе воздействовать на человека, взаимодействовать с ним.

Для развития нанотехнологий характерно то, что уже на стадии проработки масштабных программ в этой области, которые начали создаваться лет 10-15 тому назад, стало обращаться самое пристальное внимание на их социальную сторону. Это имело место и в США, и в Японии, и в Европейском Союзе. Речь шла о том, что не следует допускать такого развития событий, при котором сначала нанотехнологии станут входить в повседневную жизнь, и только после того, как негативные последствия их применения проявятся воочию, специалисты займутся их оценкой и начнут предпринимать какие-то меры по преодолению или минимизации такого рода последствий, как-то с ними бороться.

Иначе говоря, изначально предполагалось видеть в развитии нанотехнологий не только научно-технологический, но и социальный процесс, предполагающий активную вовлеченность общества. Взаимодействие с обществом, с различными социальными группами и общественными движениями принимает при этом самые разнообразные формы. Разработчики новых нанотехнологических процессов и продуктов предпринимают специальные усилия для того, чтобы убедить общественность в полезности и эффективности этих процессов и продуктов. Более того, составной частью их деятельности становится и диалог с общественностью, призванный показать, что они с полной серьезностью воспринимают опасения, исходящие от рядовых граждан, и закладывают в свои разработки то, что необходимо для блокирования нежелательных последствий. Если дефицитной модели присуща однонаправленность – инициатива и активность исходит лишь со стороны ученых и разработчиков, то сегодня ищутся методы и механизмы, позволяющие не только выявлять представления и предпочтения рядовых граждан, но и по возможности учитывать их при разработке новых нанотехнологий.

Проиллюстрировать, сколь значимой бывает социальная поддержка той или иной области новых технологий, можно на двух примерах. Первый пример связан с развитием в современном обществе информационно-коммуникационных технологий. Эти технологии чрезвычайно быстро и по сути дела непрерывно обновляются, совершенствуются и пользуются высоким спросом. Обращает на себя внимание то обстоятельство, что новые устройства и приборы в этой области получают обильнейшую рекламу в СМИ. С одной стороны, это говорит об их востребованности широкими кругами потребителей. С другой стороны, сама интенсивная реклама стимулирует их растущую востребованность.

Другой, в известном смысле противоположный пример - это то, что происходит с генетически модифицированными пищевыми продуктами. В обществе существует весьма ощутимая настороженность относительно их безопасности. Она характерна и для европейских стран, и для России.

В то время как информационно-коммуникационные технологии вызывают столь большой интерес создателей и распространителей рекламы, генетически модифицированные продукты, напротив, рекламируются крайне скупо. Более того, общество настаивает на том, чтобы производители такого рода пищевых продуктов соответствующим образом маркировали свою продукцию, сообщая, что при ее изготовлении применялись технологии генетической модификации. Речь идет о том, что следует предостерегать потенциального потребителя, чтобы он не приобретал эти продукты, если у него есть опасения по поводу их безопасности.

Возвращаясь к нанотехнологиям, отметим, что, на наш взгляд, сегодня их восприятие рядовым человеком ближе к тому, как воспринимаются генетически модифицированные продукты, чем к восприятию информационно-коммуникационных технологий. Автору этих строк довелось только единожды встретиться с рекламой, построенной вокруг нанотехнологического продукта. Это была реклама крема для обуви, якобы созданного на основе нанотехнологий, в чем и заключалось то его достоинство, к которому стремились привлечь внимание составители рекламного текста. В основном же разработчики нанотехнологий проявляют в том, что касается рекламы, чрезвычайную скромность.

Было бы интересно разобраться с тем, почему одни технологии быстро завоевывают признание и продолжают им пользоваться, а к другим люди относятся с настороженностью. Конечно, нанотехнологии - это очень обширная сфера и, скорее всего, одни из них в восприятии обществом окажутся ближе к информационно-коммуникационным технологиям, а другие – к генетически модифицированным продуктам. Но в целом закономерности восприятия обществом тех или иных типов технологий – это проблема, заслуживающая серьезного изучения.

При рассмотрении социального контекста того или иного нанотехнологического проекта особое значение приобретает его гуманитарная экспертная оценка. В частности, она включает в себя анализ возможного влияния проекта на изменение потребностей и поведение людей; анализ новых модусов ответственности в свете потенциальных, в том числе непрогнозируемых рисков; анализ конвергентных характеристик риска в контексте динамично развивающегося взаимодействия нано-, био-, нейро-, инфо-технологий. В целом же, конечно, нанотехнологические новации могут появиться на свет только в той мере, в какой в них реализуются интересы исследователей и разработчиков. Но необходимым условием их реализации в современном обществе является также наличие общественного интереса.

  


Комментарии:

Цитировать Имя
Станислав Ордин, 03.07.2014 18:07:00
Дорогой Борис,

Спасибо, что затронул эту весьма болезненную, не только для нанотехнологий тему, напомнив о первом принципе Пифагора, соблюдение которого, как постарался показать в статье «Трудно искать истину, если потеряны научные принципы» не только необходимо для общества, но и для самой науки.

Но, на мой взгляд, представленный тобой материал, помимо напоминания, что НАНО связано с социальными изменениями, лишь обрисовал вынесенные в заголовок проблемы. А формулирования ключевых проблем социального измерения нет. Есть лишь констатация принятых новых подходов-решений, что, как бы само собой подразумевает, что они - проблемы уже сформулированы, определены. А это то, как раз и не сделано.

Поэтому я предлагаю на рассмотрение своё видение проблемы социального измерения в эпоху нанотехнологий и! варианты решений – социальной политики.
Я буду придерживаться привычной мне физической и технической терминологии, но данные рассуждения, после небольшой терминологической модификации, думаю, подойдут и для биологических наномодифицированных объектов.

По сути нано-технологии, за счёт уменьшения элементов увеличили их число. При этом резкое количественное увеличение числа элементов привело к качественным изменениям. Созданные устройства уже невозможно «разобрать по винтикам» и в прямом смысле, и! - в переносном: большинство пользователей не знает, да и не желает знать, как работает и отдельный винтик, и даже блок. Функция «Удобство» вышла на такой уровень, что не только достаточно графических изображений, но скоро и мысли, чтобы управлять устройством (или пользоваться продуктом, лекарством).
Из этого качественного изменения следуют две диаметрально противоположные (надеюсь – не взаимоисключающие) социальные тенденции.
Сама разработка и само создание устройств на базе нано-элементов требуют всё более глубокого познания Природы и, как следствие, всё более высокого уровня образования населения и вообще интеллектуального развития человека. Причём со всё большим использованием созданных нано-устройств. С другой стороны, в рамках общества потребления, естественно, создаются нано-устройства преимущественно ориентированные своими «удобствами» на всё более лёгкое удовлетворение чисто мещанских потребностей, что фактически не требует никакого образования и ведёт население к полной интеллектуальной деградации. В лучшем случае – к превращению человека в игровую приставку к компьютеру. Ковальчуковская научная популяризация, скорее всего, принципиально эту тенденцию изменить не может, да в неё это и не заложено.

В этом плане «Наука в Общество», что фактически сродни ковальчуковским литературным чтениям о науке, мне представляется весьма слабой попыткой учёных повлиять на развитие человечества.
«Наука и Общество», где наука фактически просто прислуга руководителей стран, также не способна преодолеть негативные (на мой взгляд) последствия интеллектуальной деградации Человека Разумного из-за нано-удобств, так как демократическое руководство стран не более чем флюгер мещанских потребностей населения. А сепарация населения на обучаемых «интеллектуалов» и «гаитянское» население через правителей стран приведёт опять же к интеллектуальному вырождению замкнутой среды (как у фараонов, у которых стали расти неправильные головы).
Так что НАНО, как я уже писал в статье «За что нас можно и нужно презирать» подняло во весь рост проблему формирования на базе науки Коллективного Разума. И подняло, не случайно. Как в древнегреческой трагедии: все события сходятся в одной точке пространства-времени, так и на уровне НАНО лежит наше самоосознатие, т.к. само зарождение Жизни вообще происходило и происходит на этом нано-масштабе.