Научные заблуждения. Ч. III. Логарифмическая относительность

Опубликовано 18.10.2017
Станислав Ордин   |   просмотров - 329,   комментариев - 0
Научные заблуждения. Ч. III. Логарифмическая относительность

А рельсы, как и водится,
на горизонте сходятся…

Преамбула.


Екатерина Вторая, в ответе на предложение Дидро провести в России придуманные им реформы, ответила: Ваши умопостроения хороши на бумаге, а мне управлять простыми смертными, которые очень чувствительные (это было время пугачёвского восстания). Дидро обиделся, сказал, что у Екатерины душа Брута, И! не понял, что наука на пути к кризису, так как за её формализацией и дедукцией она потеряла «чувственность- чувствительность» в индукции. Индукция стала неполной – искусственно выбрасывался из формального рассмотрения канал связи с Природой (и Обществом людей) через подсознание человека.

Гении серебряного века науки заглянули внутрь себя и вернули на время науке научно обоснованную «чувствительность». На непродолжительное время, но его хватило, чтобы создать квантовую механику, теорию относительности и ленинское «практическое пособие» по реформированию общества людей за рамками догматов Дидро. Жаль, что высокомерие Термена помешало ему понять Эйнштейна, когда тот его попросил озвучить элементарные геометрические фигуры. А сделай Термен это, думаю, развитие теории относительности пошло бы в более «чувственную» область, и нам бы и не пришлось сейчас сталкиваться с элементарным невежеством космологов и астрофизиков и не пришлось бы сейчас эту «чувственность» восстанавливать. Сейчас эти теории выхолощены и приспособлены для делания диссертаций и выколачивания денег и практически не допускают критики, как большинство других «научных» ремесленнических кланов.

И чтобы науке вырваться из этого кризиса и снова стать наукой нужно вновь вернуться к полной Картине Мира. А для этого жизнь и человека исключать из неё никак нельзя. И лишь включение в науку человеческой «чувствительности» сделает её и полной и цельной, а не фрагментировано-ремесленнической как сейчас. К тому же, теория относительности – это не просто физическая теория, а теория мировоззренческая. И превращать её в инструмент финансовых спекуляций преступно. Этого-то дебилы, пролезшие и в науку, и не понимают. Либо стараются не понимать. Как сказал мне один бизнесмен из научных сотрудников: «Я понимаю, что ты хочешь сказать, но как только я это начинаю понимать, у меня весь бизнес рушится».

Так что перед дальнейшим прочтением читатель сам должен сделать выбор, что для него важнее – бизнес (в том числе и на науке) или разумность. Не забывая при этом, что Первая Мировая Война была между монархами, Вторая Мировая Война была между капиталистам, желание дружить с которыми и втянуло в неё СССР. Третья же Мировая уже намечается между бизнеситами, к которым относятся как Трамп, так и нынешнее российское руководство. Принцип бизнесизма «Хорошо жить можно лишь за счёт других» при не учитываемом, как и в современной теории относительности, масштабировании, прямо ведёт к формуле «Хорошо могут жить страны лишь за счёт других стран». И финансовая Третья Мировая Война бизнесистами Америки бизнеистам России уже объявлена, а народы, как и ранее, лишь заложники этих распрей между «паханами», теперь финансовыми.

Сейчас «паханы» и у нас, и в США активного готовят для себя ареалы выживания во время ядерной войны, а на реальную экономику, на уровень жизни и образования населения смотрят лишь постольку-поскольку – зачем кормить население, если оно вновь будет принесено на заклание. И посыпавшиеся как из рога изобилия (после критики) открытия гравитационных аномалий, новые «гравитационные» открытия никак не предотвратят Третью Мировую (практическая польза для «открывателей» лишь в строительстве и для себя бункеров). А вот разобравшись в относительности пространства-времени, в том числе в существовании дебилов во власти современных социальных структур можно подвинуть и Человека, и Человечество в разумную плоскость, где целью не является выживание (любой ценой, даже жизнями целых народов) в незначительный интервал времени именуемом жизнью индивидуума, где цели инвариантны в бесконечном времени.

1. Немного о Времени.

…Где ж вы мои весенние года…

Из песни, говорят, слов не выкинешь, и я приведённые в качестве эпиграфа слова не выкинул, хотя о «моих» весенних годах вспоминаю для дела и без всякой песенной грусти и сожаления. А дело, как быка, беру за рога – сразу берусь за ВРЕМЯ, за то, какую ОБЩНОСТЬ-ГАРМОНИЮ пытался понять Эйнштейн между СТАТИЧНЫМИ элементарными геометрическими фигурам и ИЗМЕНЕНИЯМИ параметров в виде звуков. А кроме тривиального решения ТОЧКИ, которая и для времени-то статична, не имел. Берусь за ВРЕМЯ, но для наглядности, да и целостности картины буду эпизодически «опускаться» и до пространственных координат. Как «опустился» для наглядности Эйнштейн, назвав одну из координат, в принципе, пространственную, на графике временем, чтобы нарисовать световую линию. При этом теперь нам надо держать в уме, что она и в вакууме не совсем прямая, а, как и положено вести себя электромагнитной волне в среде, зависит от коэффициента преломления материальной среды, коей является заполненный гравитационным потенциалом вакуум.

То, что время тоже относительно, видно даже за время короткой человеческой жизни – в детстве и даже в молодости отведённое тебе время на этом свете представляется бесконечным, тогда как в старости уже прожитые годы (события) ты можешь проиграть в голове как Рахманинов концерт («какофонию звуков») – за секунды. Правда говорят, что в критических ситуациях (за секунду до гибели) подобное могут сделать и относительно молодые люди. Но думаю это скорее догадки стариков. Но то, что время для тебя в экстремальных ситуациях заметно замедляется, сам испытывал, бывало, и в молодости, но связывал это скорее с более высокой, чем у окружающих своей реакцией. Хотя теперь я в этом не уверен – не в том, что у меня высокая реакция, в этом убеждаюсь и в свои уже почти 70 лет – а не уверен в том, что на подсознательном уровне то, что сейчас пытаюсь описать, умел делать и до осмысления этого. Всё дело, в каком масштабе ты рассматриваешь время (если умеешь переключать временной «микроскоп» как развёртку на осциллографе).

Современные космологи, видимо, этого не умеют и, тупо упершись в постулаты теории относительности Эйнштейна, нарушая элементарную математику и здравый смысл, то расширяют бесконечную Вселенную (не зная в ЧЁМ), то её искривляют (опять же не зная в ЧЁМ), а теперь, и вопреки Эйнштейну, и «волновать» ВРЕМЯ «научились» - временную ШКАЛУ «волнуют», а не время прохождения от точки А до точки Б. Т.е. они не увеличивают мощность множества, вводя новую, ортогональную ранее известным координату, а говорят, переводя их бред на человеческий язык, что Х равнялся нулю, теперь Х дорос до нашей (бесконечной) Вселенной, а когда-нибудь Х ещё вырастет и станет ещё бесконечнее. Т.е. нарушая принципы элементарной математики, сложные математические расчёты для своих мистических открытий они используют как карты Торо – строят математические гороскопы. Для пущей наглядности этой бредятины, я опять «опустился» до пространственной координаты Х, но тоже самое прячут за «умными» формулами и со временем, кстати, забывая не только предшествующие теории относительности принципы физики, но и сам принцип относительности, узко трактуя лишь его частный, сформулированный Эйнштейном случай и «нечаянно» выходя за пределы его применимости.

Характерно, что многие «великие» открытия современных астрофизиков элементарно описываются гравитостатикой (см. Научные заблуждения. Ч. I. Гравитационные ли волны открыты?). Некоторые позаимствованные из этой первой части частные случаи, как то «отталкивание» от того места Вселенной, где массы мало, они уже посмели даже озвучить. Правда, вписав эту правильную элементарную идею в эклектику из высокопарных догматов типа «Вселенной управляет теория Эйнштейна»!? С прецизионной точность вычислены ВСЕ! массы нашей Вселенной!? Прямо таки бизнес на астрономии по-русски, когда один покупает, лес, а другой его ему продаёт. И договорившись о сделке один бежит искать деньги, а другой лес. Нынешние же космологические открыватели говорят: «Вы нам дайте деньги, а мы вам звезду, а то и новую галактику найдём/насчитаем». Понятно, что даже авторами таких пассажей теория Эйнштейна не управляет – ими управляет тщеславие и корысть. Но себя такие авторы «возвысили» над Вселенной (а терминологически – над обывателем).

Но чтобы описать (перевести в сознательное знание) некий отрезок СВОЕГО времени (а не подумать о нём) требуется немало времени. И мне. Даже для относительно небольшого, и даже для описания некоторых мгновений, даже используя для сокращения (времени) очень сложно-подчинённые предложения. «Вот уж действительно, всё относительно, всё, всё!»

Так, для описания малого эпизода, связанного с тем, что человек с отточенными до совершенства рефлексами, «Снежный Барс» Толя Задорожний, когда мы ещё в семидесятые годы под руководством Валентина Николаевича Богомолова создавали в микрокристаллах металлические нити толщиной от 6 ангстрем до 2 нанометров, столкнувшись с недостаточностью его ощущений при работе с микронными образцами, поехал за консультацией к рисовавшему на маковых зёрнышках Сядристе, чтобы «прочувствовать» масштаб микро-объектов и настроить, с помощью говорящего человека, свой организм: дыхание, сердцебиение и прочее, и прочее, и тем самым, настроить себя на масштаб объекта, с которым он соприкоснулся в научной работе. Этот эпизод занял больше страницы. И его пришлось опустить, оставив лишь резюме: человеческие ощущения и понимание жёстко привязаны к определённому масштабу, и научные представления за рамками этого масштаба хоть в микромире, хоть во Вселенной, без понимания принципов масштабирования – голые, ничем не обоснованные бредни, даже если они и прикрыты томами с формулами и компьютерной графикой. С другой стороны, грустно, когда человек лишён нормальных ощущений нашего масштаба и смешно, когда научная бюрократия его умопостроения на пустом месте выдаёт за «величайшие научные достижения». Вероятность попадания без привязки на уровне ощущений к реальности ничтожна. В принципе возможен симбиоз. Так, к примеру, Алёхин на пару с суперкомпьютером, думаю, обыграл бы любой другой суперкомпьютер. Но пара научный бюрократ-суперкомпьютер, использующий участок человеческого мозга, ни Ньютона, ни Эйнштейна не заменит.

Но вернёмся ко времени. И прежде чем коснуться к его относительности, вернёмся к базовым принципам физики и задаче Эйнштейна.

Объективное описание Природы, на что собственно и претендует наука, строится на базе инвариантов, вложенных в пространственно-временной континуум, на базе законов – функций от координат указанного континуума. И эти законы-функции, по определению (если правильно сформулированы) инвариантности, т.е. справедливы для любых координат континуума. А для самих же координат есть лишь МЕРА, определяющая ШКАЛУ для «рисования» законами Природы картины Мира и! для рисования нами функций координат, отражающих эти законы Природы.

Для пространственных координат МЕРА нашего масштаба хорошо известна и хранится в Палате Мер и Весов в Париже – это 1 метр (хотя «островитяне» ещё измеряют в фалангах пальцев – в дюймах). Для измерений объектов много больше или много меньше метра мы используем телескопы или микроскопы и на порядки большего или на порядки меньшего размера единицы длины. Но метр он и в Африке метр, и на другом конце Вселенной и внутри атомам. И эта МЕРА задаёт ШКАЛУ наших ИЗМЕРЕНИЙ. А видимое нами глазами или с помощью приборов «изменение» размера скажем парижского эталона на другом конце Вселенной или в размере электрона, либо следствие изменения физических условий в измеряемом месте, куда эталон переместили, либо наше СПИХОЛОГИЧЕСКОЕ ощущение изменения. И то, и другое нужно и МОЖНО математически описать на принятой эталонной ШКАЛЕ (можно и наоборот – можно и НУЖНО). А если же этого не учитывать, то можно много чего наоткрывать, противоречащего даже элементарной физике.

Можно открыть звезду, от которой до нас доходит меньше одного кванта «регистрируемого» излучения за ночь и даже вращающуюся вокруг неё планету, диаметр орбиты которой задаёт угол на много порядков меньший углового разрешения самых современных телескопов. Можно демонстрировать обывателю величественные фотографии космоса, скромно умалчивая, что используемые (из фотошопа) на фото цвета отражают не космос, а психологию астронома. Но и в первом, и во втором случае – отражение психологии не научное, а обывательское, привязанное к нашему обычному масштабу без того, что НУЖНО и МОЖНО математически описать за рамками нашего привычного масштаба. Поэтому чтобы показать нам «фотографию» элементарной частицы и вынуждены не в шутку как Эйнштейн, а на полном «серьёзе» привлекать Бога.

Время характеризует ИЗМЕНЕНИЕ состояния, положения и/или ещё чего угодно. И в качестве МЕРЫ времени мы используем периоды циклических процессов. Циклы люди попробовали использовать разные: и оборот Земли вокруг своей оси – сутки, и оборот Земли вокруг Солнца – год, но, в конце концов, остановились на «персональном мгновении» - тик-так, на секунде. И хотя измерять «среднее» (для всех) время научились с помощью механических часов ещё в 16 веке, математический расчёт маятника сделал французский математик Марен Марсенн лишь в середине семнадцатого, после чего и были сделаны часы с прецизионным измерением секунды. Хотя, думаю, дело было не только в изобретении анкерного механизма, но и «чувствительности» людей, имевших «абсолютный слух» к течению «абсолютного» времени, установивших одну и ту же музыкальную «секунду» в музыке всех народов. Так что наше субъективное восприятие времени отражает (у кого лучше, у кого хуже) «тиканье» нашего внутреннего «будильника».

Современные громоздкие физические устройства, считающие 9 192 631 770 периода излучения, соответствующего переходу между двумя сверхтонкими уровнями основного состояния атома цезия-133 определят секунду точнее (наверное), но не определят время жизни человека, окончание которого определяет сам человек, ДУМАЯ (правильно или неправильно), что его время кончилось. Так что думать правильно (истинно научно) полезно хотя бы для того, чтобы не выключить самому себя по ошибке (если дебилы, не думающие о других, не «выключат» и себя, и тебя ранее, начав Третью Мировую).

И так, ВРЕМЯ одна из координат нашего Мира и, как и пространственные координаты, имеет МЕРУ (субъективно-объективную), привязанную к нашему масштабу. На базе НАШЕЙ МЕРЫ – секунды – мы и строим временную шкалу. А для исследования процессов-циклов на порядки более длинных, чем НАШ тик-так, или на порядки более коротких, мы и используем шкалы с на порядки большими или на порядки меньшими отрезками времени. Но и в далёком прошлом (хоть «зарождение» Вселенной) и далёком будущем (хоть «превращение» Вселенной в «частицу Бога») секунда, как МЕРА сохраняется (секунда и в Африке секунда, и в ОБОЗРИМОМ прошлом, и в будущем).

Немного об отличии времени от пространственных координат, что в грубом приближении отражено Эйнштейном в виде его комплексной записи. Строго математически надо бы все формулы теории относительности переписать в кватернионах, чтобы ничего не перепутать и не пропустить, как при введении четвёртой ортогональной пространственной координаты для строгого и полного описания несоразмерных кристаллов (см. Размерные эффекты и НАНО). Но мнимость в физике уже очень много чему приписывается: (временной) сдвиг по фазе, и поворот (пространственный) поляризации, и диссипация энергии в той же мнимой части диэлектрической проницаемости среды (что, в принципе, надо бы учитывать и при прохождении света через вакуум, заполненный гравитационным потенциалом). Поэтому без кватернионов с несколькими РАЗНЫМИ мнимыми единицами никак не обойтись. Хотя, возможно и само время имеет не одну мнимую единицу, с одной мнимой модуль времени в прошлое и в будущее можно и не отличить, и перепутать. Но это замечание непринципиальное, а чисто техническое для тех, кто запутался в гигантских формулах. Я в них вдаваться не стану, как не стал вдаваться в разбиение теоретиками на тетраэдры пространства при расчёте теплового поля графитового реактора. Просто сказал им, что у вас резистивный нагреватель, а не термоядерный реактор, и закон сохранения энергии в нём должен соблюдаться: сколько энергии потребляет нагреватель столько и должно из него выделяться – проходить через любую окружающую его поверхность.

И так ортогональность ВРЕМЕНИ пространственным координатам (принципиальная независимость от них) не является полной характеристикой его особенности. В отличие от пространственных координат оно неинвариантно относительно инверсии – оно полярное. Т.е. формально НАШЕ Время является как бы само свойством-функцией некого абстрактного неполярного времени, функцией, которая свою инвариантность в любой точке неполярного времени проявляет в виде полярности. Более того, эта инвариантная полярность входит и в основание наших представлений о природе и в виде причинно (до)-следственной (после) связи любых происходящих изменений, и в само расширение сферы сознательного знания, и даже в её коллапс «открытием» «эйнштейновских» волн. И в этом плане просматривается жёсткая, однозначная связь не только в мысленных экспериментах теории относительности Эйнштейна, но и в любой другой науке и по прогнозированию будущих событий, и по реконструкции прошедших – в любой точке абстрактного времени анализируется развитие событий в одну сторону, в будущее.

Решение обратной задачи «в лоб» требует наличие принципа антипричинности для каждого шага. До такой антилогики, может, и додумался какой-нибудь сумасшедший математик, но такой антифизики нет. Поэтому решение задач типа «Обратимость времени» проводится негодными средствами и сродни графеновому подлогу. А самые алогичные поступки какого-то индивидуума ведут его неумолимо в будущее, с той лишь разницей, что в принципиально неразличимую, то бишь, в неживую частицу в будущем, а не ведут во время до зарождения жизни. Восстановить же научно картину прошлого мы можем, но лишь мысля из точки в прошлом в её локальное будущее. Выражение «Его мысли созвучны времени» о коллективных эффектах в среде индивидуальностей, но на базе «созвучия»-сополярности времени и мыслей. А то, что иначе возникает несозвучие, легко убедиться, если запустить музыку задом наперёд (хотя отдельные слова мы в детстве и пытались шифровать произнося задом наперёд, но буквы «взад» произносить и не пробовали).

2. Предварительное заключение.

Современные «развиватели» вроде бы «при деле», получая из формул формулы. Но корифеи серебряного века науки получали формулы как квинтэссенцию сложных рассуждений. Так «нарисовали» свои формулы ещё Пифагор и Ньютон. Так «нарисованы» система уравнений Максвелла и уравнение Шредингера, так «рисовал» и Эйнштейн. Когда его спросили: «Как ему удалось построить теорию относительности?» он ответил: «Я просто об этом долго думал». А предварительный этап «получения» квинтэссенции – это написание, перед тем как начать математизировать, некоего резюме, чтобы убедиться, почувствовать, что ничего существенного не упустил.

И так. В период расцвета науки она заглянула за порог многих человеческих ощущений. Хотя, строго говоря, мы этого точно не знаем - братья Стругатские в «Улитке на склоне» устами Девы говорили: «Не доведёт вас до добра баловство с неживой природой. Зачем вам линзы, когда можно просто правильно ПОДУМАТЬ и собрать свет в фокусе». Но пока что об экстрасенсорных способностях человека мы «имеем данные» лишь из анимации в кино. А современная техника, реализовав научные идеи начала прошлого века, может с помощью просвечивающего электронного микроскопа, либо с помощью «туннельного» микроскопа дать «прямое изображение» расположения атомов на границе гетероструктуры или поверхности кристалла (правда, расшифровав дифракционную картину). Т.е. наука сейчас уже позволяет получать информацию за порогом обычных человеческих ощущений (конечно, при правильной интерпретации и компьютерной обработке сигналов).

В этих «запорожных» условиях, когда общего осмысления новых данных, ни на качественном уровне, ни на количественном не произошло, а совершенствовалась и ускорялась лишь их интерпретация, часто на базе довольно грубых моделей, и сформировался теоретический подход, где критерием истинности стали считать математическую правильность расчётов на базе возведённых в ранг канонов постулатов (строго говоря – недоказанных, а принятых на веру за неимением лучшего). Это совсем не тот подход, который озвучил (для себя) нобелевский лауреат Боб Лафлин в докладе «Что первично, математика или физика?». Это подход, который он же, сказал Лафлин, использует для делания очередного доктора наук из аспиранта – пишет ему уравнение Шредингера и, поставив условия, говорит: «Реши задачу и ты доктор». Как уже писал в «Уточнении некоторых базовых моделей», этот формальный подход и оторвал расчёты от реальности и! от соблюдения самих установленных принципов физики, иногда с «заменой» их «удобными», нафантазированными. Но если даже допустить, что наши ощущения нам не дано расширить, то выбрасывать из рассмотрения, не учитывать понимание наших ощущений – это не только отсутствие прогресса науки, а наоборот методологический регресс даже по сравнению с началом прошлого века, когда сам формализм квантовой механики был построен на базе психологии человека. Судя по докладу Боб Лафлин об этом смел думать, но и для получения нобеля дальше стандартного решения уравнения Шредингера не пошёл.

Я не хочу сейчас делать критический разбор умопостроений на базе теории Эйнштейна о сворачивании пространства-времени и гравитационных волнах. Более того, даже от невежественно, на мой взгляд, поставленных экспериментов по их регистрации, небольшая, но польза есть: хотя бы не только бизнесом занимаются эти люди, в число которых попал и избранный Президентом РАН (уже бутафорской) Александр Сергеев, хотя к фундаментальным его исследованиям я как раз отношу не «гравитационные волны», а его исследования импульсов излучения минимальной длины - минимальных отрезков времени. Правда, легко понять, что минимальный отрезок времени для исследуемого им рентгеновского импульса – несколько периодов рентгеновской электромагнитной волны очень велик по сравнению периодом колебаний, скажем, гамма-излучения. Но чисто в техническом аспекте задача генерации и регистрации сверхкоротких импульсов сложная и интересная, а каждый практически достигнутый минимальный уровень длительности импульса даёт и пищу для размышления, и отсекает чисто теоретические бредни. Правда, в перечислении достижений Александра Сергеева я этого-то и не увидел. Поэтому просто исправил в статье ВИКИПЕДИИ о нем название параграфа «Научные достижения» на «Научно-технические достижения».

Но возвращаясь к гравитационным «открытиям», приписавшись к которым и у Сергеева формальный рейтинг повысился, то для любого сворачивания, скажем линии нужна плоскость, для сворачивания плоскости нужен объём, для сворачивания объёма (даже без времени) нужно четырёхмерное ПРОСТРАНСТВО, а для абстрактного сворачивания пространства-времени нужно пространство, размерность которого выше размерности сворачиваемого объекта, видимо, на две единицы ещё одно «время» и ещё одна «геометрическая» координата. И если в некоторых головах и «найдётся» дополнительная, ортогональная к пространству-времени хоть одна координата, то в реальности её никто не наблюдал, не измерил, и даже не знает что, как и в чём измерять. Можно и даже полезно иногда вводить криволинейные координаты, как те же географически-геодезические на поверхности Земли, но они вводятся в прямолинейном пространстве, и никакому здравомыслящему человеку и в голову не придёт, что пространство-время из-за земных меридианов искривляется.

Если же абстрактно предположить, что можно ввести не только неизмеримые возмущения по известным координатам (которые квантовая механика показала, как можно связать с особыми точками реальности), но и неизмеримую координату, то её целесообразно вводить лишь для вычислений реальности, неких ранее не предполагаемых, но реально наблюдаемых состояний НАШЕГО пространства-времени, и в случае, если строго доказано, что установленные физические принципы являются частным случаем некого обобщения представлений о реальности, включающих новые наблюдаемые состояния НАШЕГО пространства. А вот таковой феноменологии у развивателей и нет – им за получением новых формул (и званий/денег) не досуг этим заниматься. Поэтому то, на какой бы «научной вершине» развиватели не построили бы себе уютный особняк – они не более чем ремесленники, использующие лишь современный (компьютерный) дизайн старых моделей.

В связи с этим мне вспомнился недавний диспут с одним «скатившимся до бизнеса» толковым физиком (в прошлом), который, по воспоминаниям молодости, был знаком с этой темой, а по нынешними личными контактами с «видными» развивателями, с большим пиететом отзывался о них. Но так как научных аргументов для доказательств/демонстраций вклада в науку «видных» у него уже не хватало, то он перешёл на личное знакомство с другим «учёным», значимость которого подчеркнул тем, что тот заработал в США денег даже больше, чем Илон Маск – аж 20 миллиардов долларов. Но при небольшом научном «расследовании» и оставшихся у крутого бизнесмена представлений о научных достижениях оказалось достаточно, чтобы он понял, что этот «учёный» просто сварщик, сумевший на себя запатентовать лазерную сварку (к тому же разработанную в СССР). И стрижёт он купонов с автомобильных концернов за лазерную сварку корпусов даже больше, чем Илон Маск, но гордиться знакомством с ним может лишь российский бизнесмен, а пусть невежественным, но бросившим свои деньги на прорыв устаревших технологий Илоном Маском гордится Америка.

Но статью я пишу всё таки не для бизнесменов. А вот, по сути поднятой проблемы я вернусь к уже обозначенному выше принципиальному, не до конца учтённому и при формировании принципов квантовой механики и в постулатах теории относительности: к ПОНИМАНИЮ НАШИХ ОЩУЩЕНИЙ, через которые мы отражаем реальность в расширяющейся сфере сознательного знания. Как следствие непонимания некоторых аспектов нашего ощущения разных масштабов и воспринимаются как Абсолют современные космологические модели, тогда как их математические расходимости не более, чем достижение ими предела их применимости.

И если для математического фантазирования на базе принципов квантовой механики в область микромасштабов Гейзенберг повесил «плакат»: «Дальше неопределённость!», что можно трактовать как неприменимость использованных моделей к описанию реальности (хотя развиватели и туда «заглянули»), то для теории относительности никто такого плаката не нарисовал, и её «распространили» от нуля до бесконечности и экспериментально «проверяют» (подгоняют) без всяких ограничений, забыв о том, что сами наши измерения – интерпретация показаний приборов, откалиброванных без должного понимания того, что эти показания значат.

И если правильность выбранной базовой модели является залогом того, что ты в первом приближении получишь в «железе» ожидаемый результат, то динамический диапазон приводимых тобой измерений и показывает тебе пределы применимости используемой модели. Современные теоретические фантазии лежат далеко за пределами реально измеримого диапазона изменений сигналов – отношения максимально измеримого к минимально измеримому. Но, не разобравшись в эффектах масштабирования в уже достигнутом диапазоне измерений, нельзя разумно интерпретировать и шумы за пределами измеримого диапазона.

3. При чём здесь логарифм?

Как уже отметил в предварительном заключении сейчас наука научилась на базе некоторых моделей достаточно надёжно ИНТЕРПРЕТИРОВАТЬ и микрокосмос и макрокосмос далеко за рамками привычных нам ощущений. Но, не обобщив уже накопленный материал, мы фактически ограничили сферу сознательного знания и, тем самым, пытаемся «объяснять» явления за рамками этой сферы моделями, справедливыми внутри сферы. К таковым «аномальным объяснениям» и сводятся многие, «переворачивающие все физические представления» творения умельцев длинного пера и любителей длинного доллара. Но в данной статье речь идёт не об этих «отбросах» науки, а о Природе. О том, какие мы имеем инварианты для дальнейшего научного расширения нашей сферы сознательного знания.

Итак, во-первых, что мы имеем надёжно установленным, как нашими приборами, так и нашими органами чувств? Это явления нашего масштаба. На базе инвариантов (численных) нашего масштаба эти явления надёжно описываются законами – функциями, которые, в силу принципа относительности на НАШЕМ масштабе инвариантны в любой точке пространства-времени. Эти законы получены в рамках моделей, выход за рамки применимости которых приводит к нарушению законов и требует их уточнения-обобщения. На техническом языке это означает ограниченный динамический диапазон передаточной характеристики используемой функции, а на физическом – выход на иной масштаб со своими характерными инвариантами.

В мире, как говорится, всё взаимосвязано, и та же статистическая механика показала, как связаны инварианты и законы микромира с макроскопическими законами термодинамики. Но есть некоторое подобие явлений разного масштаба, которое мы наблюдаем/регистрируем даже в нашем ограниченном диапазоне ощущений. Детская игрушка или карусель не шибко отличается от движения планет вокруг Солнца, о чём догадались ещё древние астрономы. Да и первая успешная модель атома называлась планетарной. И это подобие даёт модели-законы, которые применимы к разным масштабам при правильном выборе параметров соответствующего масштаба (и естественно, численных инвариантов соответствующего масштаба).

Эйнштейн, в отличие от безапелляционных открывателей «эйнштейновских» волн, делал всегда оговорки. В частности он формулировал так: «НЕКОТОРЫЕ уравнения классической механики допускают перезапись в квантово-механическом виде». И в этом плане сама, скажем, модель гармонического осциллятора справедлива для описания колебаний на разных масштабах, если её правильно применять, а не пытаться выбросить из рассмотрения колебания электронной оболочки относительно атомного ядра и учитывать лишь колебания ядер, как сделали в квантово-механической теории фононов (см. «Уточнение некоторых базовых моделей» п. 1). Подобие НЕКОТОРЫХ! (как отметил Эйнштейн) моделей на разных масштабах наблюдается не только на отдельно взятых объектах, но и на коллективных эффектах. И колебания атмосферного давления подобны колебаниям маятника. И в написанной Власовым ещё вначале прошлого века книге «Теория многих частиц» были описаны, в принципе, одними и теми же формулами не только флуктуации концентраций в растворах, но и рукава галактик. Т.е. НЕКОТОРЫЕ и одночастичные, и многочастичные модели масштабируемы, правда (вспоминая Эйнштейна), требуется их перезапись. Т.е. при правильном, соответствующем каждому масштабу выборе параметров и записи, эти модели-законы масштабно инвариантны. Т.е., в принципе, и очень далёкое в пространстве-времени, и что-то очень-очень близкое описывается некими элементарными рекуррентными соотношениями. И, как следствие, могу успокоить: Вселенная и существовала до нас вечно и будет существовать вечно после нас, а вот про нас под управлением дебилов этого сказать нельзя. Но пока мы ещё живы, вместо того, чтобы заниматься чичикшенством с гравитационными волнами, надо просто осваивать следующий масштаб, и вглубь, и в ширь. И тогда, есть шанс, что и жизнь станет инвариантна в пространстве-времени.

Первая подсказка, как двигаться по масштабной лестнице – всем нам привычное изменение масштаба, вынесенное в эпиграф: «на горизонте сходятся», т.е. если использованный для «ширины колеи» масштаб пройден, его можно положить бесконечно малой величиной и искать закономерности на большем масштабе, искать по аналогии со статистической механикой, связи нового большего масштаба с предыдущим.

Но сначала ещё остановлюсь на измерениях в большом динамическом диапазоне, как в сторону больших величин, так и в сторону малых. Электрические измерения в большом диапазоне практически всегда проводят с переключением шкал-порядков. При этом далеко не всегда учитывают, что при отклонении от оптимального диапазона погрешность измерения возрастает. Лишь на специальных, прецизионных приборах добиваются постоянной величины погрешности при любом уровне сигнала, но это не стандартные лабораторные приборы, и тем более не заводские. И если для предельно малых сигналов увеличение погрешности измерения до 100% , так как достигают тепловых и квантовых шумов, осознают, то для больших величин – не очень. Но аналогично электрическим измерениям малых сигналов происходит степенной рост погрешности измерения и при временных и пространственных в далёких от нас точках пространственно-временного континуума: и эталоны нашего масштаба при большом удалении становятся бесконечно малыми, и сигналы от них доходят до нас уменьшенными обратно пропорционально квадрату расстояния до нас. Т.е. максимально достижимые расстояния до регистрируемых объектов определяются достигнутой нами чувствительностью приборов и! энергией излучаемой объектом. В этом плане микрокосмос и макрокосмос подобны – взрыв какой-нибудь сверхновой на громадном расстоянии подобен распаду высокоэнергетичной элементарной частицы, но надо всё же понимать, что свой масштаб задаёт свои инварианта и свои законы, а не ставить знак тождества между «частицей Бога» и «концом Вселенной».

Как правильно «увидеть» явление в СВОЁМ масштабе подсказал тот же неугомонный гармонический осциллятор, который измеряет и наши тик-так. Сразу оговорюсь, что чисто гармонические колебания наблюдаются крайне редко – однажды запущенный маятник никогда бы не остановился. Всегда присутствует и энгармонизм, и затухание, и то, и другое очень часто за счёт взаимодействия с процессами, которые также могут быть описаны гармоническим осциллятором. Так вот, если измерить частотную характеристику выбранного осциллятора в диапазоне частот, прилегающем к его резонансной с частоте с высокой ОТНОСИТЕЛЬНОЙ точность, скажем тысячная процента, и в максимуме от максимума и в минимуме от минимума, то оцилляторная модель даёт и полную характеристику самого измеряемого осциллятора, и основные параметры взаимодействующих с ним соседних осцилляторов.

Объектом целого цикла моих исследований был одномерно-несоразмерный кристалл высшего силицида марганца, в котором масса решёточных осцилляторов – от 3 мм до 10 мкм. Вообще несоразмерное состояние с концентрационными солитонами более характерно для природы, чем регулярные соразмерные структуры, в том числе и для Вселенной. Просто люди начинали исследования с простейших соразмерных кристаллов, а потом разобрались, что «размытые» по температуре фазовые переходы Лифшица наблюдаются и там, где считалось, что переход (скажем, плавление) происходит при одной температуре. Эйнштейн, в отличии от современных космологов, был физиком, и соотношение между теплопроводностью и электропроводностью получил, и фотоэффект описал. Современные же космологи, похоже, о моделях твёрдого тела не знают и даже не подозревают о несоразмерностях во Вселенной. Поэтому им нужны темные силы и тёмная энергия (джидаев только ещё не «открыли»).

Так вот, если измерим частотную характеристику осциллятора в масштабе, соответствующем его частоте, то он хорошо узнаваем и, как уже сказал, хорошо математически описывается (при высокой относительной точности измерений). Но если мы измеряем в частотном диапазоне, грубо говоря, от нуля до бесконечности, то с одной стороны от выбранного осциллятора мы получим плавные дрейфы сигнала, а с другой стороны – шумовой частокол (на том же несоразмерном кристалле, где много осцилляторов на разных частотах). Но если мы полученную частотную характеристику (скажем спектр отражения) построим от логарифма частоты (длины волны, энергии), то мы увидим квазирегулярный ряд осцилляторов, каждый из которых имеет соответствующие его масштабу параметры и строго описывается осцилляторной моделью. Особенно легко это увидеть при использовании логарифмической шкалы и по амплитуде осциллятора – они станут маленькими большими, но вполне узнаваемо подобными (ребёнка не спутаешь со страусёнком). И в этом нет никакой мистики. Перефразировав и слегка дополнив Эйнштейна, можно сказать: НЕКОТОРЫЕ физические модели масштабно инвариантны. И осцилляторная модель одна из них. А логарифмическая шкала, так же как и переключение диапазонов измерения, отражает нам как бы в одном масштабе относительные изменения, которые, естественно тоже соответствуют рассматриваемому масштабу осциллятора – его частоте и его амплитуде. Поэтому для применения той же осцилляторной модели на уже исследованных нами масштабах для интерпретации или для прогнозирования в ещё не исследованном нами масштабе нам нужно взять логарифм по основанию, соответствующему параметрам НАШЕГО масштаба.

Фрагменты упомянутых исследований уже давно докладывались и упоминались мною ранее в статьях на портале НОР, а описанный алгоритм я просто использовал как некий эмпирический инструмент для расшифровки осцилляторов. Но анализ резонансов локальных термо-ЭДС (статья в ФТП в начале года, пару докладов на конференции по физике полупроводников в Екатеринбурге летом и принятая, при условии, что заплачу за публикацию, в американский журнал современной физики статья) и подтолкнул к некоторым обобщениям. Описанная выше масштабная инвариантность касалась гармонических осцилляторов, тогда как резонанс, наблюдаемый на локальных термо-ЭДС строго соответствует нормальному распределению Гаусса, но! от логарифма частоты (и описан мною как взаимодействие сдвинутых по фазе трёх сил: температурной, концентрационной и электрической). Данный размытый на весь частотный диапазон резонанс потоков демонстрирует строгое соблюдение формы гауссовского резонанса, но от логарифма частоты на всех измеряемых частотах. Т.е. общая закономерность просматривается, но в «деталях» легче рассмотреть гармонический осциллятор. А его «детали» – это энергия, амплитуда колебаний (пространство) и период (тот самый тик-так, который измеряет наше время). И отмеченные выше рекуррентные масштабные соотношения и в микрокосмос, и в макрокосмос надо строить в логарифмических пространственно-временных шкалах с основанием в МЕРАХ нашего масштаба.

4. Эпикриз.

И использование упомянутых выше кватернионов, и использование логарифмических шкал с МЕРАМИ нашего масштаба необходимо, но это, грубо говоря, техника. Описанный выше подход ставит пока больше вопросов, чем даёт ответы. Так тот же самый атомный микроосциллятор мы и в лежащем перед нами кристалле глазом не увидим, а тем более его не увидим на другом конце галактики. Но и на столе, и далеко во Вселенной мы видим свечение, которое прямо связываем с ним, тогда как судя по всему это коллективные эффекты мы видим на столе одни, а с далёкой звезды другие. Микроосциллятор и в Африке микроосциллятор, но чтобы понять природу «миража» с далёкой звезды нам надо, грубо говоря иметь несколько масштабных статистических механик, которые мы пока даже не думали строить. Но это вопросы, которые раздвигают наши представления о Природе, тогда как «гравитационные аномалии» ничего не дают ни душе, ни телу и могут быть легко описаны гравитостатикой, без всяких придуманных волн времени, которые противоречат как элементарной математике, так здравому смыслу. 


Комментарии:

Пока комментариев нет. Станьте первым!