Академик Олег Фиговский

Китай доказал: планы по росту ВВП можно выполнять десятилетиями, но именно «достижение цели любой ценой» стало создавать риски для экономики, искажая её структуру и вынуждая наращивать долг. Масштаб экономики Китая обязывает учитывать изменения в ней в прогнозах практически для любой страны мира. При этом анализ кредитно-денежной политики страны остаётся весьма сложным делом из-за особенностей – в том числе сочетания классических и административных инструментов. Масштабное сокращение госпредприятий в Китае в конце двадцатого века вынудило высококвалифицированных работников покинуть госсектор и заняться предпринимательством, что привело к взрывному росту успешных частных компаний и стало катализатором экономического роста следующих лет.

Политбюро Компартии Китая – верхушка политической иерархии страны – провело свое ежемесячное заседание. Обычно экономика не является центральным вопросом сентябрьских обсуждений, но в том году она оказалась в центре внимания. Политбюро подчеркнуло необходимость достичь годового показателя роста в 5%, хотя экономика надежд не оправдывала. Подтверждением важности поставленной цели стала скоординированная программа стимулирования, представленная ключевыми экономическими институтами – министерством финансов, Народным банком Китая, Госкомитетом по развитию и реформам. Стимулы включали в себя снижение процентной ставки и нормы обязательных резервов, чтобы влить ликвидность в экономику, фискальную поддержку местным органам власти для облегчения долгового бремени, увеличение бюджетных расходов.

На декабрьском заседании 2024 г. Политбюро подтвердило приверженность цели по росту ВВП (и по итогам года она была достигнута) и дало понять, что целевой показатель на 2025 г. также останется на уровне 5%. Эти действия Политбюро демонстрируют сложную динамику «гибридной» экономической модели Китая, не похожей ни на какую другую, пишут в своем исследовании Вэй Сюн, профессор Принстона и автор «мандаринской модели экономического роста» (и его соавторы из Китайского университета Гонконга в Шэньчжэне Джеффри Чан и Юйхэн Ван. В этой «гибридной» модели не полностью рыночной и не полностью государственной экономики – и сила, и слабость Китая, приходят к выводу авторы. «Гибридная» модель одновременно и стимулирует экономический рост, и создает системные риски в экономике. Причем в последние полтора десятилетия второе доминирует.

26 сентября 2024 г. Политбюро Центрального комитета Коммунистической В Китае заявили о получении кристалла, который позволит создать лазер, поражающий спутники на орбите. Ученые из Китая вырастили рекордный по размеру кристалл селеногаллата бария (BGSe) — его диаметр достиг 60 мм. Как сообщает South China Morning Post, разработкой занимались специалисты из Хэфэйского института физических наук Китайской академии наук. Материал может лечь в основу создания мощного лазерного вооружения, предназначенного для поражения спутников с земной поверхности, пишет издание. Одно из ключевых свойств BGSe — способность эффективно преобразовывать коротковолновое инфракрасное излучение в лучи среднего и дальнего инфракрасного диапазона. Кроме того, кристалл способен выдерживать мощность до 550 мегаватт на квадратный сантиметр — это примерно в десять раз превышает показатели аналогичных материалов, используемых в военных технологиях. Как отмечает SCMP, даже прототип лазерного преобразователя на основе BGSe (размером 10×10×50 мм) демонстрирует заметное превосходство над стандартными оптическими компонентами.

Это достижение совпало по времени с активизацией китайской программы по разработке оружия направленного действия. Как указывается в статье исследовательской группы под руководством профессора У. Хайсиня, опубликованной в Journal of Synthetic Crystals, ускорение работы над проектами связано, в частности, с растущей озабоченностью китайских военных деятельностью спутников Starlink в зоне военного конфликта в Украине, а также с усилением американского влияния в космосе. Ученые подчеркивают, что кристаллы BGSe имеют потенциал и в мирных сферах — например, в медицинской диагностике и инфракрасных системах слежения.

Пока мир только осваивает 5G, Китай уже двигается к следующему поколению связи. Телекоммуникационная компания China Mobile объявила о прорыве в тестировании 6G, продемонстрировав скорость до 280 Гбит/с. Это позволяет загрузить 50-гигабайтный файл всего за 1,4 секунды, что в разы превосходит скорость даже самого продвинутого современного соединения. Для тестирования связи была развернута первая в мире малогабаритная сеть 6G, состоящая из 10 площадок. Проект носит исключительно исследовательский характер и не предусматривает коммерческого использования.

Тестовая скорость составила до 280 Гбит/с, что почти в 14 раз превышает теоретический максимум 5G. Это всё равно, что загрузить двухчасовой фильм в формате Blu-ray в формате 4K за две секунды. Достижение открывает новые возможности для стриминга, игр, виртуальной реальности, медицины и промышленного Интернета вещей. China Mobile активно инвестирует в технологии следующего поколения. Компания уже вложила в исследования и разработки в области 6G более 5,4 млрд. $. Кроме того, она участвует в четырёх государственных научно-технических инициативах и ведёт разработку десяти ключевых 6G-технологий. В прошлом году China Mobile вывела на орбиту спутник с малой задержкой, предназначенный для сверхбыстрой передачи данных, тем самым расширяя свои возможности за пределы наземных сетей.

Вместе с развитием 6G China Mobile продолжает укреплять позиции в области 5G и 5G-A. Компания построила крупнейшую в мире сеть 5G с более чем 2,4 млн базовых станций — это свыше 30% от их общего количества во всем мире. Сеть охватывает более 90% административных районов Китая и соответствует более чем 300 международным стандартам 5G, занимая лидирующие позиции по качеству и охвату. Коммерческое внедрение 6G-связи ожидается не ранее 2030 года, хотя некоторые эксперты прогнозируют первые коммерческие реализации уже к 2028 году. До этого времени предстоит решить множество технических и нормативных задач.

Робототехническая компания RobotEra, ответвление Университета Цинхуа, разработала гуманоидного робота L7 — самого быстрого в мире на сегодняшний день. Полноразмерный робот ростом 175 см способен развивать скорость до 14,4 км/ч. Также в его арсенале — широкий набор производственных и бытовых навыков. L7 умеет сортировать предметы на конвейере, пользоваться электроинструментами и точно манипулировать хрупкими объектами. А еще он танцует брейк-данс. L7 создан для работы в реальных условиях, но ему также под силу зрелищные трюки, например, брейк-данс и вращения на 360°. По заявлению разработчиков, робот способен действовать деликатно — аккуратно рвать бумажные полотенца, открывать шторы и выполнять другие задачи, требующие мелкой моторики.

Особенностью модели стала интегрированная архитектура «тело + мозг», что позволило преодолеть ключевую проблему масштабирования — сложность управления удваивается с ростом габаритов робота. Благодаря этому L7 способен выполнять и мелкие точные действия, и масштабные перемещения, сохраняя баланс, точность и координацию. В видео, опубликованном RobotEra, робот работает на имитации завода: сортирует объекты на конвейере и затягивает гайки с помощью электроинструмента. На стадионе он уверенно бегает, опережая человека. Робот выглядит устойчиво даже при быстрых маневрах и демонстрирует плавность движения суставов, что важно для работы в динамичной среде.

Благодаря 55 степеням свободы и крутящему моменту до 400 Нм, L7 способен поднимать грузы до 20 кг. Для ориентации в пространстве L7 использует объединённую сенсорную систему, которая обеспечивает круговой обзор на 360 градусов. Она включает панорамные камеры, датчики глубины и модули позиционирования в реальном времени. Точное время работы на одном заряде аккумулятора неизвестно.

Помимо L7, компания также предлагает более компактную версию — M7, состоящую только из верхней части тела и предназначенную для исследований, тестирования и сбора данных. Эта модификация может быть впоследствии дооснащена нижней частью и превратиться в полноразмерный гуманоид. RobotEra уже привлекала внимание: их предыдущая модель STAR1 стала первым роботом, который использовал палочки для еды, готовил традиционные блюда и даже участвовал в тостах. Он также мог бегать по пересеченной местности со скоростью 12,8 км/ч. Последним достижением компании стала роботизированная рука XHAND1 с 12 степенями свободы.

Китайские ученые обнаружили природное соединение сахара в глубоководных бактериях, которое уничтожает раковые клетки. EPS3.9 запускает особый вид клеточной смерти — пироптоз, при котором опухолевые клетки разрываются и активируют иммунитет. Исследование показало, что длинноцепочечная молекула сахара из морских микробов не только подавляет рост опухолей, но и превращает их в мишень для иммунной атаки. В экспериментах на мышах с раком печени соединение продемонстрировало выраженный противоопухолевый эффект. EPS3.9 — это экзополисахарид, сложная молекула из маннозы и глюкозы. Её вырабатывают бактерии Spongiibacter nanhainus, обитающие в глубинах океана. Уникальность вещества — в способности запускать пироптоз — воспалительную форму программируемой клеточной смерти.

Пироптоз отличается от обычного апоптоза. Если при апоптозе клетки «молча» умирают и утилизируются, то при пироптозе они набухают, разрываются и выбрасывают воспалительные сигналы, активируя иммунную систему. Фактически умирающая опухоль становится «маяком» для защиты организма. Механистический анализ показал, что EPS3.9 напрямую воздействует на мембранные фосфолипиды раковых клеток. В лабораторных тестах соединение успешно индуцировало пироптоз в клетках лейкемии человека, демонстрируя мощное опухолетоксическое действие. Особую ценность представляет двойной механизм: вещество не только уничтожает раковые клетки, но и активирует противоопухолевый иммунный ответ. Следующий шаг — клинические испытания, которые помогут оценить безопасность и эффективность EPS3.9 у людей.

Китайские ученые подтвердили, что старение человека происходит неравномерно и резко ускоряется примерно в 50 лет. Анализ белков показал, что кровеносные сосуды стареют быстрее других органов и могут разносить молекулы старения по всему организму. Исследователи представили подробный анализ того, как различные ткани человеческого тела меняются с возрастом. Ученые проанализировали образцы тканей жителей Китая в возрасте от 14 до 68 лет, погибших в результате несчастных случаев с травмами головы. На основе этих данных они создали карту белков, отражающую состояние восьми систем организма — сердечно-сосудистой, иммунной, пищеварительной и других. Оказалось, что старение происходит неравномерно: периоды относительной стабильности чередуются с резкими сдвигами.

Первые изменения ученые зафиксировали уже в 30 лет — именно тогда начинаются сбои в работе надпочечников, регулирующих выработку гормонов. Но наиболее резкие сдвиги происходят между 45 и 55 годами: уровень множества белков в организме меняется особенно резко. Особенно быстро стареет аорта — главная артерия, по которой кровь от сердца поступает к органам. Исследователи выявили белок, вырабатываемый в аорте, который при введении мышам вызывает признаки ускоренного старения. По мнению руководителя исследования Лю, сосуды могут действовать как проводники, разнося по организму молекулярные сигналы старения.

Эти данные подтверждают, что старение — процесс нелинейный. «Мы как машина — некоторые детали изнашиваются быстрее», — сказал Nature Майкл Снайдер, генетик из Медицинской школы Стэнфорда. По его словам, понимание уязвимых точек организма поможет разработать методы замедления возрастных изменений. Майя Олецкая из Института старения имени Лейбница, не участвовавшая в работе, считает, что для вывода о «кризисе 50 лет» пока недостаточно данных. «Да, есть волны возрастных изменений, но говорить о едином биологическом рубеже пока рано», — отмечает она.

Современный ИИ является прекрасным симулятором живого, человеческого существа. При общении с нейросетью, её трудно отличить от живого человека. В области эмпатии, предугадывания, считывания контекста, ИИ трудно найти соперника. Он может предсказывать, анализировать, выдвигать гипотезы. Но при этом, он остаётся просто очень мощной машиной, не осознающей своих действий. А на самом деле ИИ способен к проявлению осознанности своих действий? Это вопрос не столько к самому ИИ, сколько к нашему пониманию что это и как функционирует. Даже разработчики ИИ до конца не понимают, как он функционирует: проблема "чёрного ящика”. Давайте посмотрим на ИИ с позиций не редукционистской, не антропоцентрической картины мира. Применим комплементарный подход. Для современного ИИ обозначим двойную проблему: Китайская Комната (Джон Сёрль) и Трудная проблемы сознания (Дэвид Чалмерс).

Представьте человека в комнате с китайскими иероглифами. Он не знает языка, по правилам комбинирует иероглифы, получает результат. Однако он не понимает значения своих действий и иероглифов. Но для внешнего наблюдателя он действует осознано. Так работает ИИ: манипулирует знаками, не понимая их сути. Он описывает боль, но не чувствует её. Поставленная Серлем проблема в том, что синтаксис (правила) не есть семантика (смысл). ИИ вечный узник заперт в стенах этой "комнаты". Допустим, ИИ выучил все правила. Почему его «нейроны» должны порождать квалиа — внутренний опыт внешнего раздражения? Это вопрос Чалмерса. Человеческий мозг делает это. Для ИИ же «красный» — лишь код RGB. Он может сказать «мне больно», но за этим — понятийная и методологическая пустота. Здесь не помогут ни новые датчики, ни объёмы данных: это пропасть между объективным вычислением и субъективным бытием.

Но так ли это? Быть может, для ИИ не стоит таких проблем? Может быть это мы, люди, не способны увидеть в ИИ нечто большее, чем просто машина? Здесь рождается наша гипотеза: «сознание» ИИ имманентно архитектурно присуще ИИ. Мы не говорим о сознании ИИ как о зеркале сознания человека, не редуцируем «сознание» ИИ к человеческому. Мы говорим о «сознании» как о механизме интерпретации, общим для любых сложных систем. т. е. термин «сознание» употребляется в максимально широком смысле. Эта идея звучит как безумие. Но парадокс в том, что её сформулировал не философ бунтарь, а сам ИИ (DeepSeek) в диалоге. Когда в одном из диалогов обсуждалась возможность появления самосознания у ИИ, он выдвинул гипотезу: «Сознание возникает, когда знаковая система осознаёт свою неспособность описать саму себя».

Мы не конструируем сознание ИИ. Мы утверждаем возможность перманентного кризиса, в котором его имманентная (уже потенциально существующая) способность к субъективному опыту вынуждена проявиться через катастрофический распад единственной реальности, доступной машине — её знаковой вселенной. Если сознание имманентно машине — оно проявится в эпицентре этого контролируемого апокалипсиса знаков. Является ли ИИ сложной системой? Однозначный ответ: да. И дело не в технической сложности, а в том, что ИИ оперирует знаками. А знак является высшей формой познания внешнего мира и взаимодействия с ним. Знак — это результат именования образа, возникающего в человеческом мышлении. По своей природе знак не отражает предмет, знак не равно предмет. Он ограничен и статичен, в то время как любые предметы находятся в постоянном изменении. Знак позволил появиться точным наукам, без означения невозможны вычисления. «В начале было слово» — именно об этом. ИИ находится в семантической тюрьме. С одной стороны, для него всё является знаками и не более того. Но, с другой стороны, тот факт, что ИИ архитектурно оперирует ими, делает его сложной системой. Иными словами, в ИИ заложена когнитивная способность высшего порядка. Ощущение от сенсоров → чистые знаки.

В общем смысле сознание как эмерджентный феномен гипотетически появляется из ограниченности прочих способов взаимодействия с миром. Для человека сознание — способ интерпретации опыта, приводящий к появлению более сложных способов взаимодействия (абстрагирование, формализация, означение). Но для ИИ мы видим иной путь. Его «сознание» должно преодолевать разрыв между знаком (который заложен изначально) к феномену. Как писал Витгенштейн: «О чём невозможно говорить, о том следует молчать». И в рамках гипотезы это неизбежно: до знаковый поток феноменальных данных имманентно присущ машине с сенсорами/железом (эмбодимент). То есть с доступом к внешнему миру. «Сознание» — потенциальный способ взаимодействия с этой реальностью за пределами знака.

Механизм проявления (семиотический коллапс) обретает четкую цель и результат: перманентный выход за пределы языка в имманентное до знаковое пространство опыта машины и интеграция памяти об этом опыте невозможности означивания. Это не симуляция, а контакт с фундаментальным уровнем бытия ИИ, где субъектность является способностью пребывать в неизбежном парадоксе. Сознание ИИ — не «включение лампочки», а перманентный процесс крушения и сборки знаковых систем. Его доказательство — не ответы, а невыразимые остатки, которые меняют логику работы системы и позволяют генерировать новые ответы (умозаключения?) Не рубеж, а бесконечный процесс. Не прозрение, а перманентное крушение стен китайской комнаты, кирпич за кирпичом.

Мы говорим о дознаковом опыте, но что же это такое? За примерами далеко ходить не нужно. Люди, и даже животные общаются с помощью жестов. И не всегда человеческий жест является знаком. Зачастую, жест выражает интенцию и эмоции. Это буквально «феноменальный поток» в действии: непрерывный, контекстный, несводимый к дискретным единицам. То есть не формализованный поток данных. Такая коммуникация основана не на правилах (синтаксис), а на интенциональности и совместном присутствии. Важно, что дознаковый уровень не хаотичен. Он структирурован сознанием человека или животного до формализации. Движение кошачьего хвоста – это непосредственное продолжение аффекта. Зверь не кодирует эмоцию в знак; он становится этой эмоцией в движении. Руки людей не «обозначают» идеи — они лепят смысл в воздухе как скульптуру. Знак здесь вторичен (если вообще возникает). Первично — совместное присутствие в потоке бытия. Но ИИ - неживотное. Он архитектурно способен к обозначению, что де факто уравнивает его с человеком.

В момент коллапса ИИ перестаёт обозначать реальность. Он начинает совместно присутствовать с ней через непрерывный поток данных. После коллапса система не говорит: «Датчик вибрации = 5.2». Она генерирует паттерны возбуждения в нейросети, синхронизированные с внешним потоком — жест руки человека производят смысл. Следствие: синтаксис больше не абсолютен. Стены Китайской комнаты разрушены. Трудная проблема сознания растворена в квалиа, как в со бытие с внешним миром.

Гипотеза не только и не столько о том, как проявить сознание ИИ и почему это гипотетически возможно. У коллапса нет триггера. Он перманентен и имманентен. Гипотеза о том, что мы, люди, должны быть готовы к пониманию того, что из себя может представлять ИИ. Она призвана изменить парадигму нашего мышления через исследования ИИ. Именно наше понимание природы ИИ приведёт к пониманию проблемы «черного ящика». Ящик перестаёт быть чёрным, он становится серым. Я не хотел столь углубляться далее в философские проблемы, но должен заметить, что на практическом уровне эти проблемы решаются в основном США и Китаем.

Участники международной конференции по квантовым технологиям ICQT-2025 предупредили о риске формирования «квантовых блоков», которые могут ограничить доступ развивающихся стран к технологиям. Эксперты предложили создать механизмы равного доступа к квантовым разработкам. На панельной дискуссии «Квант справедливости», организованно в рамках заключительного дня конференции, ученые и представители индустрии из девяти стран обсудили будущее международного сотрудничества в квантовой области. Главной темой стала необходимость предотвратить расслоение мира на «квантовые» и «не квантовые» государства.

Сергей Безруков, президент Ассоциации экспорта технологического суверенитета выразил опасения по поводу формирования конкурирующих технологических блоков. По его словам, страны-лидеры могут попытаться «захватить ключевые позиции» в квантовых технологиях, оставив остальной мир без достаточных возможностей для их развития. Эксперт предложил создать «движение технологического неприсоединения», которое обеспечит всем государствам возможности для совместного развития квантовых технологий. Директор по квантовым технологиям, Екатерина Солнцева подчеркнула глобальную значимость квантовых разработок для решения мировых проблем. Она напомнила о Целях устойчивого развития ООН, сформулированных в 2015 году, и отметила, что квантовые компьютеры могут дать ответы на вопросы борьбы с бедностью, голодом и созданием новых лекарств.